Каждая фотография имеет историческую ценность. И сегодня мы должны поблагодарить Степана Качурека, благодаря которому мы имеем возможность представить как жил Ужгород в 30-х годах ХХ века, пишет сайт uzhhorodski.com.ua.
Его именем отмечено множество открыток и фотографий из семейных архивов и музейных экспонатов. Фотограф в то время был человеком, который знали и уважали все: политики, городская элита, ученые, военные, священники, музыканты и художники. О его насыщенной, но нелегкой жизни рассказывает Татьяна Литерати в статье.
Коренной ужгородец
Степан, или как его еще называли на венгерский манер, Штефан или Иштван, родился в Ужгороде в 1902 году. Тогда это была Австро-Венгрия. Но по национальности Степан был словаком. О еще одном известном ужгородском Иштване читайте в статье.
Семья была большая – четверо детей, жили довольно бедно. Мать ухаживала за малышами, отец тяжело работал на стройке.
В школу Степан пошел уже в 6 лет, а в 11 впервые попал в фотоателье. Сообразительного и любознательного парня взял к себе известный в то время в городе фотограф Петер Баша.
Качурек проводил в его лаборатории все свободное время, но закончить обучение парню помешала война. Тогда всем было не до фотографий, нужно было работать на нужды фронта. Два года Степан трудился на лесопилке, в фотоателье вернулся только в 1919 году.
Но еще некоторое время фотография оставалась просто хобби. До 1922 Качурек работал в Ужгородском строительном обществе.
Но помехой развития фотографа снова стали военные дела. В 1925 году он попадает в армию Чехословакии. Через год его увольняют по состоянию здоровья.
Первую свою фотомастерскую Степан Качурек открывает в Словакии, в Пряшеве. Там он проживает с 1929 по 1934 год. Об этом периоде жизни фотографа известно немного. Говорят, что он там женился, в 1933 году у супругов родился сын, но впоследствии пара развелась. Уже через год Степан возвращается в Ужгород, где начинается его звездный час в мире фотографии.
Стремительная фотокарьера
Качурек обустроил мастерскую на Мукачевской улице, и довольно быстро сформировал большую клиентскую базу.
Много было сотрудничеств с типографией, писателями и издателями. Фотографии Качурека можно увидеть в книгах «Ужгород. Справочник и путеводитель по столице Подкарпатской Руси» известного краеведа Петра Совы, «Организация футбола» Василия Федака, и т.д.
Степан вообще очень любил фотографировать город. Ужгород в его объективе бывал довольно часто, под разными ракурсами.
Многие архитектурные фотоработы Качурека сейчас хранятся в Закарпатском краеведческом музее. Именно благодаря этим фотографиям, мы знаем, как выглядел Ужгород времен Австро-Венгрии и Чехословакии.
Но все же основным направлением деятельности Степана Качурека были именно портретные и групповые фотографии людей. К нему приходили все. Делали семейные памятные фотографии, индивидуальные портреты, групповые фотографии школьников, военных, рабочих и творческих коллективов. Его очень любили дети, потому что он знал к ним подход.
Представители высших звеньев: духовенство, госслужащие, художники и выдающиеся спортсмены также фотографировались в фотоателье на Мукачевской.
А еще Качурек стал первым, кто стал делать фото в стиле «ню». Такие фотографии делались под завесой тайны отчаянными девушками, которые потом дарили эти карточки своим любимым или отправляли с письмами на фронт. К сожалению, никаких работ фотографа в этом жанре не сохранилось.
Обратная сторона популярности
Но все же широкий круг знакомств и близость с влиятельными людьми сыграли со Степаном Качуреком злую шутку.
В 1938 году стало понятно, что со стороны Германии наближается настоящая буря. Началось условное разделение территорий. Тогда Карпатскую Украину вместе с югом Словакии передали Венгрии. Когда в 1944 году венгры и немцы отступали, они вывезли Качурека и отправили в лагерь Сомбатгей.
Прошел год, и Степан вернулся в родной город. Но с тех пор он находился под пристальным взглядом спецслужб. Им очень не нравилось, что у Качурека были определенные привилегии у венгерских властей, но конкретных обвинений не предъявляли.
В 1946 году Степан женился на молодой 23-летней девушке Марии, своей помощнице в фотоателье. Ситуация становится напряженнее, через год у супругов забирают их частную мастерскую и заставляют вступить в артель «30 лет Октября». В том же году в семье рождается дочь Валерия, которая вскоре умирает от энцефалита.
Как говорится: «Беда не приходит одна.» В июле 1948 года Степан Качурек был арестован. Основанием стало его знакомство и близкое общение со священником Юлием Иванчо, подозреваемым в создании подпольной антисоветской организации.
Степан отрицал свое участие в запретном сообществе и клялся, что священник просто приходил к нему починить фотоаппарат. Но потом под давлением и после длительных пыток признался, что Иванчо просил обработать какие-то секретные фотографии и сделать шаблон для фальшивых купюр. Но Качурек продолжал настаивать на том, что он просто пообещал узнать, кто сможет помочь решить эти вопросы, участия в этом не принимал. Может Степану и поверили бы, но священник рассказывал совсем другую историю: якобы фотограф сам жаловался ему на советскую власть и предлагал объединиться для борьбы. Тогда Иванчо решил подыграть, прикинулся руководителем антисоветской организации и хотел просто впоследствии сдать властям предателей.
Следователи не стали разбираться и засудили всех подозреваемых. Приговор шокировал – 25 лет в трудовых колониях и конфискация имущества.
У семьи Качурека забрали из дома почти всю мебель: стол, кресла, диван, шкаф. Кроме того, изъяли даже такие мелкие и личные вещи, как часы, костюм, подтяжки, обручальное кольцо с выгравированным именем жены, членский билет общества «Спартак», блокнот и самое ценное – фотоаппарат «Ментор».
Отправили Степана в Коми в лагерь ГУЛАГ. О том, как советская власть пришла в Закарпатье, и сколько принесла беды, читайте в статье.
Борьба за свободу
Но Качурек не смирился с клеветой и искал пути возвращения домой. Он неоднократно подавал апелляции к трибуналу, писал письма Георгию Маленкову, который в то время был председателем Совета министров СССР, жаловался на издевательства и избиения.
Приговор был явно несправедлив. Ведь даже Юлий Иванчо в своих показаниях отметил, что фотограф отказался вступать в организацию, когда он тому предлагал.
Но все было бесполезно. В ответ Качурек только получал новые обвинения, которые следователи пытались найти в его биографии. Одним из них, например, было обвинение в фотографировании на катафалке погибшего епископа, убитого советскими спецслужбами в 1947 году.
Лишь после смерти Сталина в 1954 году дело сошло с мертвой точки. Тогда статья была переквалифицирована и Степана Качурека освободили. В лагере он провел шесть лет, и наконец вернулся в родной Ужгород.
Жена дождалась любимого, и вскоре у супругов родилась еще одна дочь, которую назвали Мартой.
Степан очень подорвал здоровье в заключении, ходил теперь с палочкой, но любимое дело не бросил, пошел работать в фотоателье, а вскоре стал членом совета правления артели.
Дочь Марта вспоминала, что отец очень любил свой город и его жителей, никогда не отказывал в просьбе сфотографировать кого-то или что-то, часто делал это бесплатно.
Умер Степан Качурек на Родине, в родном Ужгороде, в 1969 году.
В 1991 году известный закарпатский фотограф был реабилитирован и признан жертвой политических репрессий.